Известно, что имя Виктория означает «победа». Победителем над превратностями судьбы, стойко преодолевая все её испытания, идёт по жизни Виктория Анатольевна Лис. Многие знают её именно такой.
Детство, опалённое войной
Моя собеседница родилась в апреле 1937 года в городе Ростове-на-Дону. Отец был человеком военным, мама работала врачом. Именно она, имея такое необычное имя — Милана, подобрала и для дочерей красивые и редкие для того времени имена: старшую нарекли Жанной, а младшую — Викторией.
«Отца мы почти не видели, — рассказывает Виктория Анатольевна. — Он постоянно находился на службе, часто ездил на сборы и учения, дома бывал редко. Накануне войны папу перевели в Таганрог — красивейший по своей архитектуре город, основанный Петром I на побережье Азовского моря. Здесь мы и встретили страшную весть о начале войны. Отец сразу ушёл на фронт, за ним и мама. Во время оккупации мы с сестрой жили у бабушки в деревне недалеко от Таганрога. Дедушку, который возглавлял здешний колхоз, также призвали на фронт. Мы видели фашистов, слышали о тех зверствах, которые они совершали. На окраине Таганрога существовало место — Петрушинская балка, или Балка смерти, где в 1941-43-х годах было убито нацистами около семи тысяч советских граждан. В их числе жена нашего дяди Николая, красавица-еврейка Сара, которую расстреляли вместе с её грудным ребёнком и родителями. Под угрозой расстрела находились и мы с бабушкой, как родственники председателя колхоза. Но всё обошлось. С великой радостью мы встретили победу. С фронта вернулись мама, дедушка, дядя Павел и отец, который закончил войну в Японии. Я с нетерпением ждала сентября, потому что собиралась в школу. В 1945-м победном году я стала первоклассницей СШ № 27 города Таганрога».
Школьные годы чудесные, несмотря ни на что
Собеседница рассказала, что послевоенные годы были непростыми, в стране существовала карточная система. «Наша учительница приносила в класс бутылочку рыбьего жира, разливала его нам в ложки, чтоб хоть как-то поддержать своих голодных учеников, — вспоминает Виктория Анатольевна. — В нашем классе было много детей из детдома, чьи родители погибли на войне. Но, несмотря на то, что мы недоедали и плохо одевались, хорошо учиться старались все без исключения. Поэтому, когда заканчивали школу, из 25 учеников нашего класса десять имели медали. Я была хорошисткой. Мне нравились гуманитарные предметы: история, география, литература, русский и немецкий языки. Любила также заниматься общественными делами. И звеньевой была, и старостой, прошла через пионерию и комсомол. После седьмого класса детдомовские шли учиться в ФЗУ, где получали рабочие профессии, некоторые поступали в техникумы. Те, кто продолжал учёбу в школе, готовились в вузы и должны были платить за обучение. После того, как в пятом классе у нас появился немецкий язык и его стала вести Ольга Васильевна, я начала мечтать об институте иностранных языков. Такого ни в Таганроге, ни в Ростове-на-Дону не было, хотя там и имелись педвузы. Мне казалось, что факультет — это как-то не солидно, а вот отдельный институт… Такой был в Минске. Об этом подсказали тётя с дядей, которые жили в Барановичах. На следующий же день после вручения аттестата и встречи рассвета на морском побережье я отправила свои документы в столицу Белоруссии в заветный вуз и стала готовиться к поступлению».
Пять незабываемых лет
Абитуриентка Виктория Кружикова сдавала историю, географию, немецкий язык, русскую литературу и писала сочинение. По первым трём экзаменам она получила «отлично», по двум остальным — «хорошо». «В год моего поступления конкурс в Минский иняз был очень большой — 15 человек на место, — поделилась Виктория Анатольевна. — Но я его выдержала и стала студенткой вуза, о котором мечтала. Учёба была интересной. У нас преподавали замечательные педагоги, знающие и компетентные, которые многое дали. Я ещё больше полюбила свой немецкий, а на третьем курсе у нас появился второй язык — английский, не менее увлекательный. Минский лингвистический университет, который сейчас так называется, был и остаётся одним из ведущих и престижных вузов нашей страны, где дают прочные знания и готовят прекрасных специалистов. Я счастлива, что училась там, это были пять незабываемых лет!»
Предпочтение отдала Жабинке
На распределении Виктория Кружикова выбрала Брестскую область, чтобы быть поближе к родственникам, которые пере-ехали в город над Бугом, где дядю назначили председателем горисполкома. Учителей иностранного языка тогда не хватало, и молодой педагог могла устроиться в любую школу Бреста, но после педпрактик в столичных учреждениях, где были очень большие и шумные классы, она попросилась в облоно в тихое уютное место. И ей предложили Жабинку. С 1960 года начинается педагогический путь Виктории Анатольевны в Жабинковской школе-интернате, где стала вести уроки немецкого языка. Через год она вышла замуж за местного парня Николая Кузьмицкого, сменила не только фамилию, но и место жительства. Николай был геологом, работал в Красноярском крае, в городе Енисейске, куда и увёз молодую жену. «В Красноярск нам можно было попасть только на самолёте, — рассказала Виктория Анатольевна. — Я преподавала немецкий в школе, классы были большие, в некоторых по 40 и больше учеников, но, несмотря на молодость, дисциплину держала, а как же иначе, понимала: без неё знаний у ребят не будет. Всё складывалось хорошо на новом месте, но к климату привыкнуть никак не могли: тяжело переносили морозы, которые доходили до 50 градусов, поэтому через год решили вернуться на родину, тем более я ждала ребёнка».
Жизни испытания
В Жабинке глава семьи устроился экономистом на сахарный завод, семье дали от предприятия квартиру, и Кузьмицкие стали родителями — у них родился сын. Мальчика назвали Толей в честь отца Виктории. После декретного отпуска собеседница вернулась в школу-интернат, успешно работала. Трудился на заводе и муж, рос Толик. Обычные будни сменялись праздниками, всё было как у всех, пока в дом не пришла беда. Летним воскресным днём 1968 года Николай Кузьмицкий утонул. В 29 лет Виктория стала вдовой, на руках у неё остался 6-летний сын. Что творилось в её душе тогда, как горевала, о чём думала — можно представить. Не стало друга, опоры, мужского плеча — как дальше жить?! Она приняла решение вернуться вместе с сыном в родительский дом в Таганрог. Её тепло приняла мама, отчим Борис Конник, который воспитывал с десяти лет (у отца была другая семья). Виктория устроилась в школу, где преподавала английский язык. Она видела, что родные люди живут своей жизнью, интересами, они любят и дочку, и внука, но нуждаются в тишине и покое — того требует возраст. «Надо как-то устраивать жизнь, — думала Виктория. — В Жабинку звала свекровь, там остались коллеги, друзья. И через год я вернулась обратно в Белоруссию, оставив на время сына своей бабушке».
Силы давали работа, друзья
Пословица гласит: беда не ходит одна. Вскоре в Жабинку прилетела страшная весть: умер Толик, «сгорел» от воспаления лёгких…
Что же давало ей силы жить? Виктория Анатольевна с головой ушла в работу, поддерживали коллеги, друзья. Трудясь в школе-интернате, она окончила Ленинградский педагогический институт имени А.И. Герцена по специальности «тифлопедагогика», хорошо владела шрифтом Брайля. Был период, когда занимала должность заместителя директора по воспитательной работе. Как и всегда, оставалась общественницей и активисткой: сознательно вступила в партию, являлась пропагандистом общества «Знание», проводила политзанятия в вверенной ей организации КБО. За свою педагогическую работу и общественную деятельность имя моей героини неоднократно заносилось на районную Доску почёта. Виктория Анатольевна — отличник народного просвещения, учитель-методист — неоднократно отмечалась грамотами различного уровня, но о самых весомых наградах и значимых событиях в её жизни повествует один яркий и необычный год.
Знаковый 1971-й
В этом году моей собеседнице вручили Орден Трудового Красного Знамени. Церемония награждения прошла в Жабинковском райкоме партии. Также как лучшего педагога иностранных языков её отправили на стажировку в Германию. «Из Белоруссии нас было двое, — вспоминает Виктория Анатольевна. — Мы практиковали в школах города Галле, встречались с тогдашним министром образования ГДР Маргарет Хонеккер — женой первого секретаря Центрального комитета СЕПГ Эриха Хонеккера. Для нас организовывали различные экскурсии: мы увидели Бранденбургские ворота, побывали в Бухенвальде, Трептов-парке, других интересных местах. Стажировка у немецких коллег принесла новые знания и умения, расширила круг друзей. Это было интересно и незабываемо!»
По приезде моя собеседница была удостоена ещё одной высокой награды. Её пригласили в Минск, где в Доме правительства вручили Грамоту Президиума Верховного Совета БССР.
И в личной жизни в этом году у Виктории Анатольевны произошли изменения: она вышла замуж за учителя математики Жабинковской вечерней школы Арсения Лиса. Вскоре в семье родился сын Владимир.
Продолжение — в учениках
До выхода на пенсию Виктория Лис трудилась в Жабинковской школе-интернате. В памяти воспитанников учреждения остались её увлекательные уроки и интересные внеклассные мероприятия.
В 93-м году администрация средней школы № 3 пригласила Викторию Анатольевну поработать: не хватало учителей английского языка. Продолжительное время, уже находясь на заслуженном отдыхе, она трудилась в третьей городской и это время вспоминает с большой теплотой. «Мне было очень комфортно в коллективе, который всегда отличался творческой жилкой, — признаётся собеседница. — Рядом с молодыми коллегами возраст совсем не чувствовался (смеётся). Спасибо всем за поддержку и внимание, мои «иностранцы» всегда были со мной рядом».
Продолжение любого учителя — в учениках. Виктория Анатольевна гордится тем, что многих подготовила к поступлению в институт иностранных языков. Из выпускников школы-интерната этот вуз покорился Ольге Жолнерчик, Татьяне Тунчик, Ирине Вихновской, Ивану Литвинчику, Анатолию Попко. Иняз окончили Лариса Годун, Наталья Якимова, Андрей Крупенко, Оксана Григорук, Елена Грицук, Виктория Болдык, Ирина Будкевич, Жанна Левчук, Наталья Шаноева, Оксана Лагота и многие другие, кто свои знания совершенствовал и приводил в систему совместно с прекрасным педагогом Викторией Лис.
Оптимизму — поучиться
А ещё у Виктории Анатольевны можно поучиться жизнелюбию и душевной щедрости. Несмотря на все испытания судьбы, которые легли на её хрупкие женские плечи (второй муж давно умер, одна смотрит сына-инвалида), она остаётся сердечным, отзывчивым человеком, любящим людей. Её глаза светятся добротой, от которой тепло всем людям.
Алёна НИКОНЧУК
Фото автора и из архива Виктории ЛИС